Город
Автор: Т. Ст. Категория: мысль.
Лица–мишени, прицелы-лица, здесь, в мегаполисе, все убийцы.
Я выживаю, и город злится – зверя не затравил.
Серый бетон и холодный камень, стали от злобы его клыками,
он, пожирая людей веками, строился на крови.
В сумрачном городе жизнь, как драма. Золотом плачут по жертвам храмы.
Смерть за спиной и её, как даму, я пропущу вперёд.
В страхе промажет стрелок искусный. Только их много и это грустно.
Чей-то кадык под ногою хрустнул – видно не мой черёд.
Голод и ужас, крадусь и трушу, зная – кто городом был укушен,
жизнь, сохраняя, теряет душу. Время моё пришло,
в этом не сказочном зазеркалье, где меня светом своим ласкали:
солнце собачье, луна шакалья и обнимало зло.
Добавлено спустя 12 дней 17 часов 29 минут 1 секунду:Апрельскими ноябрями…
Автор: Михаил Минаичев Категория: проба.
В апрелях улыбки вёсен ужасней гримасы мима,
упавшего ненароком на богом забытой сцене.
В последних рядах партера сидят случайные люди,
которым по барабану, что осень неотвратима.
Чужие посмотрят косо, любовницы не оценят,
соседи пожмут плечами, а матери не осудят.
В апрелях ещё есть время подняться легко и просто,
и как ни в чём не бывало прожить без печали лето.
Пока не сломает шею скрипач в оркестровой яме
готовится борщ в кастрюле, насыпано курам просо.
И нет никакого смысла считать, сколько было лет им
в одно из сотен падений апрельскими ноябрями.
Добавлено спустя 4 дня 1 час 20 минут 16 секунд:
Если скажут – убит. Вы не верьте, княгиня. Под штандартом, как прежде, идёт эскадрон.
До сих пор я в седле, ведь за нами Россия. И хранит меня Ваш именной медальон.
На коротком привале его открываю, чтоб взглянуть в глубину Ваших ласковых глаз.
Зря над степью кружит чёрных воронов стая, я опять не убит – медальон меня спас.
Знаю, Вы допоздна колдовали с пасьянсом. Вам так хочется верить, что это не блеф.
Я хотел бы Вам спеть, успокоить романсом - ведь король может пасть лишь к ногам дамы треф.
Если скажут - убит – Вы не верьте, княгиня. В этом страшном бою, в придорожной пыли
Надышался я горькой сожжённой полыни, подстрелили коня, а меня не смогли.
Комиссары для нас не жалели патронов. Как хотели они, чтобы мы пали ниц,
Чтоб с мундиров сорвать золотые погоны. А мы степью ушли, но мы им не сдались.
Опускается ночь над расстрелянным полем. Тени павших встают из траншей и могил,
Снова мчит эскадрон, захлебнувшийся кровью. Мы ушли, а Россию спасти не смогли.
Оправданием нам - только честь офицера. Оправданием был только наш Белый Дон.
Были Царь и Отечество, Знамя и Вера, а теперь только Ваш именной медальон.
Как же хочется мне временами напиться. Не смотрите сегодня в глаза мне, мадам.
Примелькались Парижу российские лица, а погоны, увы, не идут к пиджакам.
И друзья уж, поди, заждались в ресторане. Так давай же, мон шер, погоняй лошадей!
Государя давно, братец мой, расстреляли. И казнили у вас, знаю я, королей.
Я ни слова сейчас не скажу по-французски - наболтался как-будто за тысячу лет.
Помолчу, выпью водки, как дОлжно – по-русски. Правда, водки хорошей у вас, братец, нет.
Горлопаны в России зубасты и прытки – комиссары, мгновенно сменившие цвет.
Господа офицеры, мы для них – «недобитки». И тогда и сейчас, через тысячу лет.
Запылают опять над Россией зарницы за импЕрское знамя, святыни и честь.
Господа офицеры, мы не можем смириться! Пока Родина есть, то и мы тоже есть.
Если скажут убит - Вы не верьте, княгиня. Под штандартом, как прежде, идёт эскадрон.
До сих пор я в седле, с нами наша Россия. И хранит меня Ваш именной медальон.
Исполнение - Волк Ангел. СЛУШАТЬ ЗДЕСЬ -
http://www.playcast.ru/view/1375340/3d4 ... f1fc614bpl
Алексей 
Добавлено: 17 июн 2013, 19:03 
